Успешность климатической политики за последние девять месяцев равна нулю

Менее, чем за год, а точнее в течение девяти последних месяцев, курс государственной экологической политики в Украине менялся несколько раз на диаметрально противоположный.

Так, в сентябре 2019 р., несмотря на предостережения международных экспертов и украинского экологического сообщества, Минприроды ликвидировали, объединив под одной крышей с Минэнергетики.

Правда, паритета в формировании управленческой команды не получилось. Оба руководителя ведомства — назначенный еще в конце 2019 г. Алексей Оржель, а после его отставки — Ольга Буславець, не скрывали, что «энергетика — прежде всего».

В мае 2020 г. правительство волевым решением под давлением экосообщества все же решило разъединить недавно объедененные министерства и выделить Министерство защиты окружающей среды назад в отдельное министерство.

В эти дни ведутся дискуссии вокруг потенциальных руководителей нового экологического ведомства. Среди фаворитов — нынешний заместитель министра энергетики и защиты окружающей среды Роман Абрамовский.

Накануне Всемирного дня охраны окружающей среды GreenPost начинает серию публикаций, в которых мы попытались проанализировать достижения Минэкоэнерго за девять месяцев в формировании и реализации государственной экологической политики.

Поскольку Министерство экологии и природных ресурсов (до его ликвидации) входило в тройку украинских министерств по количеству международных соглашений и обязательств, мы решили начать с климатической политики.

Это направление в Минэкоэнерго курировала заместитель минстра энергетики и защиты окружающей среды Ирина Ставчук, которая была назначена на должность в сентябре 2019 года.

Речь идет не только о Киотском протоколе или Парижском климатическом соглашении, но и о ряде других документов. В частности, Монреальский протокол, в свое время Украина ратифицировала одной из первых. Документ по праву считается одним из самых успешных международных соглашений по защите окружающей среды и сохранению озонового слоя.

Последние годы Украина придерживалась взятых на себя обязательств, проводя государственную политику, направленную на сокращение негативного антропогенного воздействия на озоновый слой, а также обязалась дополнительно урегулировать ситуацию с оборотом озоноразрушающих веществ и фторированных парниковых газов.

Именно с этим у Минэкоэнерго возникли непонятные проблемы — даже несмотря на принятие 12 декабря 2020 р. законопроектов о существенном сокращении выбросов парниковых газов, разработанных еще правительством Гройсмана.

Если точнее, то речь идет о двух законах «О регулировании хозяйственной деятельности с озоноразрушающими веществами и фторированными парниковыми газами» № 376-ІХ и «Об основах мониторинга, отчетности и верификации выбросов парниковых газов» № 377-ІХ, которые Верховная Рада нового созыва приняла в втором чтении.

Именно они должны урегулировать оборот озоноразрушающих веществ и фторированных парниковых газов в Украине, ввести современную систему учета выбросов парниковых газов предприятиями, обеспечить выполнение Украиной взятых на себя международных обязательств.

Однако, принятие законов — это лишь часть дела. Необходимо было выполнить еще ряд условий, чтобы они начали работать. Например, подготовить другие подзаконные акты.

Ведь, если к закону, который внедряет систему мониторинга, отчетности и верификации выбросов парниковых газов «предшественники» успели разработать и даже опубликовать на сайте министерства весь комплект «подзаконки», который осталось только утвердить Кабмином после принятия закона (хотя здесь тоже процесс затянулся), то с законом, который призван урегулировать рынок обращения озоноразрушающих веществ и фторированных парниковых газов, все оказалось почему-то сложно.

Об этом свидетельствует хотя бы тот факт, что 27 июня 2020 г. он вводится в действие, но до сих пор Минэкоэнерго не успело выработать необходимый для этого нормативно-правововой акт.

Кроме того, должен заработать Единый государственный реестр операторов контролируемых веществ. Ведь в соответствии со статьей 4 закона, проводить операции с контролируемыми веществами имеют право только физические лица — предприниматели или юридические лица, которые получили статус оператора контролируемых веществ путем внесения в реестр. Однако никаких принятых или хотя бы разработанных документов, обеспечивающих работу данного реестра, министерством не представлено.

Нерешенным также остается вопрос распределения долей ежегодной национальной квоты на импорт контролируемых веществ. Соответствующий порядок, согласно закону, должен быть утвержден Кабинетом Министров Украины. Сейчас Минэкоэнерго не представлено к обсуждению и на согласование соответствующий проект акта. Напомним, что с 2017 года такое распределение осуществляется через открытый электронный аукцион путем реализации пилотного проекта (постановление КМУ «О реализации пилотного проекта по внедрению электронных аукционов по распределению долей ежегодной национальной квоты на импорт озоноразрушающих веществ» от 4 октября 2017 г. № 756). Действие пилотного проекта продливалось ежегодно актом правительства. Его результатом стало справедливое распределение доли национальной квоты между заинтересованными субъектами и привлечение в государственный бюджет более 3 млн грн.

Шесть месяцев, которые предоставлялись заключительными положениями Закона для принятия и приведения в соответствие нормативно-правовой базы необходимой, чтобы он заработал, проходят очень быстро. Из-за того, что треть дней июня 2020 праздничные, до введения в действие Закона Украины «О регулировании хозяйственной деятельности с озоноразрушающими веществами и фторированными парниковыми газами» Украина, к сожалению, будет не готова.

И из-за этого уже бьют тревогу субъекты хозяйствования, которым нужно получать лицензии на импорт контролируемых веществ, получать разрешения на осуществление своей деятельности с использованием таких веществ. Под угрозой нормальное функционирование рынка холодильного оборудования, кондиционирования, железнодорожного сообщения и др.

В конце концов, на эту крайне серьезную проблему должно обратить внимание правительство. Именно правительство оценит работу ответственных за реализацию Украиной экологической политики точнее — ее провал —  чиновников. Ведь все это может иметь непоправимые негативные последствия как для окружающей среды, так и национальной экономики.

Под вопросом и целесообразность назначения на руководящие должности в новое Министерство защиты окружающей среды старых чиновников с Минэкоэнерго, которые провалили государственную экологическую политику.

Что мешало выполнять обязательства Украины по международным экологическим соглашениям под крышей Минэкоэнерго и кто гарантирует, что системное невыполнение задач государственной экологической политики под одной вывеской, не станет традицией в новом министерстве, или не превратит его в новую вывеску?

Общество давно формирует запрос на качественных современных управленцев в экологической сфере, которые бы имели соответствующий опыт и профессионально оценивали важность экологической составляющей во всех сферах национальной экономики, понимали важность той же климатической политики для привлечения в Украину дополнительных инвестиций.

Взамен получаем в креслах старых-новых чиновников, которые не видят ничего страшного в задержке выполнения украинских законов или в игнорировании выполнения международных соглашений.

Продолжение следует...