Врач-эпидемиолог: не хотят восстанавливать СЭС те, кто финансируется в Вашингтоне, и в Москве (видео)

В этом году дискуссия о целесообразности санитарно-эпидемиологической службы стала острой, как никогда раньше. В первом полугодии, когда COVID-19 показал отсутствие в Украине вертикали для эффективного противоэпидемической защиты, СНБО предложил восстановить СЭС, ограничив ее влияние на бизнес.

Однако инициатива МОЗ реанимировать СЭС не вызвала восторга. Многие эксперты выразили опасения, что это решение откроет такой ​​"ящик Пандоры", что нынешние проблемы с COVID-19 кажутся легким насморком.

Врач-эпидемиолог, инфекционист Алексей Галимский считает, что СЭС была нужна раньше и нужна сейчас. Почему и для чего он рассказал GreenPost.

 - Зачем придумали СЭС?

Чтобы дети в детском садике не заражались туберкулезом. Чтобы в кране была чистая вода, от которой поноса не будет. Чтобы в магазинах продавались безопасные товары - продукты питания, после употребления которых люди не болели б. Чтобы был  безопасным воздух  в обитаемой зоне, а не так, как в Кривом Роге - показывают все эти выбросы, ездит туда президент, нагружает государственную экологическую инспекцию, и толку в результате никакого. Санэпидслужба обеспечивала контроль за всем этими показателямм, проводила расследование случаев инфекционных заболеваний и принимала меры в ячейках.

- Чем СЭС была круче CDC?

Санэпидслужба, которая существовала в виде сети санитарно-эпидемиологических станций, длительное время работала относительно адекватно и как на то финансирование, которое на нее выделялось, чрезвычайно эффективно.

В 2009 году я общался с американскими специалистами CDC, которое для нас всех является иконой - они нам говорили: «Нам бы такую ​​систему, такую ​​службу и такой функционал! Но мы не имеем средств и возможности такую ​​службу создать и оплачивать ее работу ».

Есть немало преимуществ отечественной СЭС. В одном месте были собраны не только эпидемиологи, которые занимались инфекционными болезнями, но и гигиенисты, которые занимались сопутствующими факторами окружающей среды, безопасности производственной среды. Они могли осуществлять меры надзора, то есть принимать меры, чтобы этих чрезвычайных ситуаций   санитарного и эпидемического характера не происходило. Они в нормальных условиях имели аналитические функции,  разрабатывали и принимали какие-то профилактические мероприятия. А в такой чрезвычайной ситуации, как эпидемия или вспышка, эта структура могла мобилизоваться, отбросив второстепенные функции, которые можно отложить -грубо говоря, если у вас горит сарай, то огурцы можно полить завтра (но огурцы тоже надо полить).

   - Почему СЭС считали коррумпированной и была ли она такой?

Чтобы полечиться нормально, у нас люди должны дофинансировать врача, чтобы он не убежал из этой больницы. И так везде. Потому что мы экономим, мы не финансируем специалистов, которые предоставляют так называемые «государственные услуги», даже не на рыночную их стоимость, а на себестоимость их работы. Конечно, в санэпидслужбе, которая, кроме аналитической работы, предотвращения и ликвидации вспышек, выполняла контролирующие функции, какие-то вопросы решались коррупционным путем. Но где они у нас не решаются коррупционным путем? У нас нет коррупции на таможне?

Может, давайте ликвидируем таможню? У нас нет коррупции в МВД? У нас не бьют,   не насилуют и не убивают в районных отделениях милиции? Может, мы ликвидируем милицию, а функции охраны государственного порядка пустим на аутсорсинг, на какие-то частные военные компании вроде «Вагнера»?

Либералы, которые заседают в Минздраве предлагают: «А давайте мы не будем финансировать учреждения санэпидслужбы, а будем закупать услуги по общественному здоровью». Ну, может, надо ликвидировать СБУ и закупать услуги по национальной безопасности? Ведь санэпидслужба - ее остатки - обеспечивают сегмент национальной безопасности. Здесь не вопрос торговли услугами, здесь есть функции, которые нужно финансировать по умолчанию.

Так как надо финансировать пожарный участок - в идеале они там спят целый день, но получают зарплату, чтобы быть готовыми тушить пожар. Такой принцип и в СЭС, только она еще вела огромную отчетную и аналитическую работу и собирала колоссальный кусок аналитической информации, которой сейчас Минздрав не собирает - теперь нет нормального анализа по регионам.

- Показывает нам Беларусь, что было бы у нас, если бы сохранилась СЭС ...

Трудно сказать, вышли бы мы из эпидемии так же благополучно, как Беларусь. Но мы увидели, как должна сработать санэпидслужба и так называемые избыточные кровати. В Беларуси более 13 коек на тысячу населения, а у нас сейчас менее 8 коек.

- Зачем нужны избыточные кровати?

Это, например, санаторные кровати, которые можно перепрофилировать под обсерватор. Тогда не надо из аэропорта «Борисполь» везти автобусами из Китая прибывших в Полтавскую область в Новые Санжары - видимо, для того за «плохой» санэпидслужбы был где-то под городом санаторий в лесу, где всех этих людей можно было поселить, где они не были бы на казарменном положении, а могли выйти в лес погулять, потому что вокруг санатория на расстоянии до километра есть немножечко двухметрового забора, через который перелезешь.

А у нас с ликвидацией санэпидслужбы осталась на все чрезвычайные ситуации один ответ: это фамилия «Аваков».

Не может Министерство внутренних дел заниматься противоэпидемических мероприятий с   населением - это функция санэпидслужбы. Это функция общей лечебной сети, которая без санэпидслужбы забыла, что такое госпитальная база на особо опасные инфекции.

- Чем руководствовались чиновники, когда принимали решение о ликвидации СЭС?

Я много думал об этом, уже работая в составе организованной Зоряной Скалецкой рабочей группы в составе Минздрава о создании механизма реагирования на эпидемические угрозы. Могу сказать, что люди, которые ликвидировали СЭС и не дают ее возобновить в условиях эпидемии, в условиях чрезвычайной ситуации, совершили преступление против государства, государственную измену.

Все эти люди продолжают работать в стенах Министерства здравоохранения и вокруг него. Эти люди целенаправленно подрывают устои государственной безопасности и государственного суверенитета Украины. Думаю, что эти люди работают на вражеские центры за пределами Украины, сознательно и за деньги. Причем я не исключаю ситуацию, что одни и те же люди с подрывной целью финансируются и в Вашингтоне, и в Москве одновременно.

- Что Вы думаете про версию, что СЭС ликвидировали ради очередного транша от МВФ ...

Если переговорщики из правительства в этот меморандум закладывают условия, которые противоречат национальным интересам Украины, то это действие квалифицируется как государственная измена. Но в действующем меморандуме с Международным валютным фондом о санэпидслужбе или о механизмах противоэпидемических мероприятий нет ни слова.

- Что нужно сделать, чтобы восстановить СЭС или «такую, как СЭС, только не СЭС»?

В этой рабочей группе при Минздраве все эти мальчики в обтягивающих штанишках с международных организаций мудрствуют: как нам сделать что-то, как СЭС, но не СЭС? Надо открыть Конституцию Украины, закон «Об обеспечении санитарно-эпидемиологического благополучия" - там все написано. А что нужно, чтобы выполнить закон?

На данный момент мы не можем воспроизвести санэпидстанции, увы - потерян кадровый потенциал, утраченные колоссальные материальные и человеческие ресурсы в ходе так называемой ликвидации.

Легче всего сейчас восстановить структуру, приближенную к созданной Януковичем (к сожалению, с нарушением Конституции, потому что Виктор Федорович не имел права утверждать положения о санэпидслужбу, но это положение писали специалисты). Надо взять 400й указ Януковича за 2012 год, положение о санэпидслужбе, прочитать его со специалистами, немножко поправить и запустить. Положение о санэпидслужбе утверждает Правительство, не надо проводить его через Верховную Раду. Это дело нескольких недель.

- Кто именно блокирует процесс восстановления СЭС?

Я не буду называть персоналии, но он блокируется от самого верха, от этого лица, которое себя называет главным государственным санитарным врачом по недоразумению, и заканчивая населением профильных отделов Министерства здравоохранения. Мы имеем дело с преступным сговором.