303 миллиарда баррелей и разрушенные трубы. Что ждет энергетику Венесуэлы после Мадуро

Захват Николаса Мадуро американскими спецназовцами 3 января 2026 года открыл новую главу в истории страны, обладающей крупнейшими в мире запасами нефти. Что ждет энергетический сектор Венесуэлы – и почему восстановление будет стоить десятки миллиардов долларов?

Нефть: самые большие запасы, самая маленькая добыча

Венесуэла обладает крупнейшими доказанными запасами нефти на планете – 303 миллиарда баррелей, что составляет около 17% мировых резервов. Это больше, чем у Саудовской Аравии (267 млрд баррелей) и в 5,5 раза больше, чем у США (55 млрд баррелей). Если бы эти запасы можно было добывать с такой же эффективностью, как саудовскую нефть, Венесуэла могла бы стать самым мощным энергетическим игроком на планете, отмечает Al Jazeera.

Проблема в том, что эти запасы – преимущественно сверхтяжелая нефть в бассейне Ориноко на востоке страны. Она густая, вязкая и требует специальных технологий переработки, которые есть только в нескольких странах мира, прежде всего в США (штаты Техас и Луизиана). Добыча такой нефти дороже, чем обычной, а продается она со скидкой по сравнению с легкой «сладкой» нефтью.

От 3,5 миллиона до 1 миллиона баррелей: история падения

В 1970-х годах Венесуэла добывала до 3,5 миллиона баррелей в день – более 7% мировой добычи. Страна была одним из основателей ОПЕК (1960) вместе с Ираном, Ираком, Кувейтом и Саудовской Аравией. В 1990-х и начале 2000-х добыча стабильно превышала 3 миллиона баррелей в день. Венесуэла поставляла в США 1,5-2 миллиона баррелей ежедневно, являясь одним из крупнейших поставщиков нефти для Америки.

Все изменилось после прихода к власти Уго Чавеса (1999). Национализация нефтяной отрасли, увольнение 18 000 работников государственной нефтяной компании PDVSA после забастовки 2002 года, потеря технических кадров, коррупция и недоинвестирование привели к постепенному упадку. При Мадуро (с 2013 года) ситуация ухудшилась: американские санкции 2017 и 2019 годов дополнительно ограничили экспорт и доступ к технологиям.

Результат: в 2024 году Венесуэла добывала в среднем 952 000 баррелей в день – менее трети от пиковых показателей. Это менее 1% мировой добычи. В ноябре 2025 года, по данным МЭА, добыча составляла около 860 000 баррелей в день, сообщает Anadolu Agency. Для сравнения: в октябре 2025 года добыча ненадолго достигла 1,01 млн баррелей – самый высокий показатель с февраля 2019 года.

Экспорт: от США до Китая

До введения американских санкций США были главным покупателем венесуэльской нефти. Теперь ситуация кардинально изменилась: по данным PDVSA, в ноябре 2025 года из 952 000 баррелей суточной экспортной нефти 778 000 баррелей (81,7%) шло в Китай. США импортировали только 15,8% (благодаря специальным лицензиям для Chevron), Куба – 2,5%.

В декабре 2025 года, после объявления президентом Трампом морской блокады, экспорт фактически остановился. США преследуют «теневой флот» танкеров, пытающихся обойти санкции. Если танкер будет захвачен, это станет третьим случаем за месяц.

Доходы от нефтяного экспорта в 2024 году составили $17,52 млрд – значительно меньше, чем $16,4 млрд только от нефти в 2019 году (тогда нефть составляла 88% всего экспорта). В 2023 году, по данным OEC, нефть принесла только $4,05 млрд – 53% экспорта.

Инфраструктура: 58 миллиардов долларов на восстановление

По оценкам PDVSA, трубопроводы компании не обновлялись 50 лет. Стоимость модернизации инфраструктуры для возвращения к пиковым объемам добычи оценивается в $58 миллиардов, сообщает CNN Business.

«Режим Мадуро и Уго Чавес фактически разграбили венесуэльскую нефтяную индустрию», – констатирует аналитик Phil Flynn из Price Futures Group.

Даже если международный доступ к Венесуэле будет полностью восстановлен завтра, понадобятся годы и колоссальные инвестиции, чтобы вернуть нефтедобычу на полную мощность. Это не вопрос месяцев – это вопрос десятилетий.

Природный газ: 200 триллионов кубических футов, сжигаемых впустую

Венесуэла обладает девятыми по объему запасами природного газа в мире – около 5,5 триллиона кубических метров (195 трлн куб. футов), что составляет 73% всех запасов газа в Южной Америке. Это более 60% латиноамериканских резервов.

Проблема в том, что около 80% добываемого газа является побочным продуктом нефтедобычи. И вместо того, чтобы монетизировать эти ресурсы, Венесуэла просто сжигает их: по оценкам, 40% из 3 млрд куб. футов суточной добычи сжигается или выпускается в атмосферу, что означает потерю около $1 млрд доходов ежегодно (по ценам Henry Hub), отмечает Americas Quarterly.

Неиспользованные возможности: Тринидад и Тобаго и Колумбия

Более десятилетия Тринидад и Тобаго пытается заключить соглашение с Венесуэлой об экспорте венесуэльского оффшорного газа через тринидадскую инфраструктуру. Островное государство имеет мощности для экспорта сжиженного природного газа (LNG), но собственная добыча падает, и мощности работают не на полную. Решение простое: построить 16-километровый трубопровод от месторождения Dragon (оператор – Shell) до Тринидада. Срок реализации – 18 месяцев.

Венесуэла также могла бы экспортировать газ в Колумбию. Однако национализм и неправильное управление помешали этим проектам, что означает потерю $1-1,5 млрд ежегодных доходов. Примечательно, что американские санкции сыграли лишь незначительную роль в этих провалах – законодательство Венесуэлы позволяет 100% частное участие в проектах по неассоциированному газу.

Золото, литий, колтан: скрытая сокровищница

Венесуэла – это не только нефть и газ. Страна обладает значительными запасами критически важных минералов, сконцентрированных преимущественно в регионе Гвианского щита на юге страны – одной из старейших геологических формаций на Земле.

Золото: самые большие запасы в Латинской Америке

По данным World Gold Council, официальные золотые резервы Венесуэлы составляют около 161,2 метрической тонны – больше всего в Латинской Америке, стоимостью более $23 млрд по текущим ценам. Но это только официальные резервы центробанка. Оценки неразведанных месторождений значительно выше: правительственный отчет 2018 года указывал на не менее 644 тонн, а некоторые оценки достигают 7000-8000 тонн – потенциально крупнейшие запасы в мире.

В 2016 году Мадуро создал «Горнодобывающую дугу Ориноко» – территорию площадью 112 000 км² (12% страны), предназначенную для добычи золота, алмазов, никеля, колтана и других минералов. Однако ни одно из соглашений с иностранными компаниями на $5,5 млрд не было реализовано. Большинство месторождений контролируют незаконные вооруженные формирования.

По оценкам Госдепартамента США, ежегодная добыча золота в регионе Ориноко за последние 5 лет составила около $2,2 млрд – но большая часть этой добычи является нелегальной и контрабандой попадает в Бразилию, Колумбию и Гайану.

Колтан, литий и другие критические минералы

Регион Гвианского щита содержит залежи: колтана (ниобий-тантала) – критически важного для электроники, железной руды – оценки достигают 14,68 млрд тонн, бокситов – 200-321 млн тонн, меди, цинка, молибдена, титана, вольфрама и даже урана. Правительственная карта 2021 года также указывает на наличие антимона, магния и серебра, сообщает Mining.com.

Особое внимание – к литию. Хотя точные данные о венесуэльских запасах не опубликованы по международным стандартам, географическое расположение страны возле латиноамериканского «литиевого треугольника» (Боливия-Аргентина-Чили, где сконцентрировано 60% мировых запасов лития) указывает на высокий потенциал. Литий используется в 90% аккумуляторов электромобилей и является стратегическим ресурсом в противостоянии США и Китая, отмечает Réseau International.

Проблема: ресурсы на бумаге, не в реальности

«Ресурсы имеют значение только тогда, когда вы можете их добыть, переработать, профинансировать и надежно доставить на рынок. Без этой промышленной и политической архитектуры запасы – это лишь цифры на бумаге», – метко подытоживает аналитик Джек Лифтон, цитирует InvestorNews.

Венесуэла не имеет современных геологических данных и прозрачной отчетности, надежного регулирования горных концессий (иностранные компании сталкивались с внезапным аннулированием контрактов), инфраструктуры (регулярные блэкауты останавливают добычу), юридической определенности в отношении налогообложения и репатриации доходов. Результат: Anglo American ушла из страны в 2012 году после аннулирования никелевых концессий. Crystallex, Rusoro, Gold Reserve – десятки компаний судятся с Венесуэлой на общую сумму более $30 млрд.

Операция «Абсолютная решимость»: что произошло 3 января

3 января 2026 года в 2:00 ночи по местному времени США начали военную операцию в Венесуэле. Бомбардировщики атаковали системы ПВО на севере страны, пока спецподразделение Delta Force штурмовало резиденцию Мадуро в военном комплексе Фуэрте-Тиуна в Каракасе. В 5:21 утра президент Трамп объявил о захвате Мадуро и его жены Силии Флорес.

Мадуро и Флорес были доставлены в Нью-Йорк, где 5 января предстали перед федеральным судом по обвинениям в наркотерроризме, контрабанде кокаина и незаконном владении оружием. Оба заявили о своей невиновности. Судья назначил предварительное слушание на 17 марта. Мадуро назвал себя «военнопленным» и заявил, что его «похитили» из собственного дома.

По данным венесуэльских и кубинских источников, в ходе операции погибли по меньшей мере 80 человек, включая 32 кубинских военных и сотрудников спецслужб, которые выполняли «миссии» в Венесуэле. Трамп отметил: «Знаете, вчера погибло много кубинцев».

«Мы будем управлять страной, пока не сможем провести безопасный, надлежащий и взвешенный переход», – заявил Трамп.

США также объявили о намерении взять под контроль нефтяной сектор Венесуэлы и привлечь американские компании к восстановлению отрасли.

Делси Родригес: вице-президент становится руководителем

5 января Верховный суд Венесуэлы назначил и.о. президента 56-летнюю Делси Родригес – вице-президента с 2018 года, которая также занимала должности министра финансов и министра нефти. Ее брат Хорхе Родригес возглавляет Национальную ассамблею, сообщает PBS News.

Родригес послала противоречивые сигналы. Сначала она осудила операцию США как «зверство, нарушающее международное право» и назвала Мадуро «единственным президентом». Трамп отреагировал угрозами: «Если она не поступит правильно, она заплатит очень высокую цену, возможно, более высокую, чем Мадуро».

Однако на следующий день Родригес резко изменила тон: «Мы приглашаем правительство США к сотрудничеству над повесткой дня, направленной на совместное развитие». По данным Financial Times, еще в 2025 году она вела тайные переговоры с американцами о возможности возглавить переходное правительство – но с условием, что Мадуро позволят уйти в изгнание, а не будет арестован.

Согласно конституции, вице-президент может исполнять обязанности президента до 90 дней, с возможным продлением до 180 дней по решению Национальной ассамблеи. После этого должны быть проведены выборы в течение 30 дней. Но Верховный суд не упомянул эти ограничения в своем решении, что дает повод предположить: Родригес может остаться у власти дольше.

Возможные сценарии развития событий

Сценарий 1: Постепенная нормализация под контролем США

Родригес идет на сотрудничество с Вашингтоном, постепенно открывает нефтяной сектор для американских компаний. Chevron (уже имеющая ограниченные лицензии) расширяет операции, за ней следуют ExxonMobil, Halliburton, Schlumberger. Санкции постепенно снимаются в обмен на политические уступки (освобождение политзаключенных, подготовка к выборам). Через 5-7 лет добыча растет до 2 млн баррелей/день. Китай теряет доминирующую позицию на рынке венесуэльской нефти.

Вероятность: средняя. Администрация Трампа делает ставку именно на этот сценарий. Но он требует стабильности, которой в стране может не быть.

Сценарий 2: Затяжная нестабильность

Сторонники Мадуро (по оценкам, 20% населения) оказывают сопротивление. Армия расколота. Родригес балансирует между необходимостью удовлетворить США и сохранением поддержки внутри режима. Иностранные инвесторы сохраняют осторожность – никто не хочет вкладывать миллиарды в страну, где правительство может смениться завтра. Добыча остается на уровне 800 000 – 1 млн баррелей, инфраструктура продолжает деградировать.

Вероятность: высокая. «Как завоевать этих людей и изменить ситуацию – будет очень, очень сложно», – признает бывший посол США в Венесуэле Чарльз Шапиро, цитирует CNN.

Сценарий 3: Демократический переход

Под давлением США и международного сообщества Родригес соглашается на справедливые выборы в течение 6 месяцев. Оппозиционный лидер Мария Корина Мачадо (или ее союзник Эдмундо Гонсалес, который, по имеющимся данным, победил на выборах 2024 года с 67% голосов) приходит к власти. Новое правительство урегулирует долги с международными компаниями ($30+ млрд арбитражных решений), принимает инвестиционно привлекательное законодательство.

Вероятность: низкая в краткосрочной перспективе. Трамп заявил, что Мачадо «не имеет поддержки» внутри страны. Чависты контролируют армию, суды и Национальную ассамблею. Без системных изменений выборы могут быть сфальсифицированы, как и раньше.

Сценарий 4: Китайско-российский контрудар

Китай и Россия, которые уже осудили операцию США в Совете Безопасности ООН, могут усилить поддержку режима Родригеса (или альтернативных фракций). Китай имеет значительные инвестиции в венесуэльскую нефть и является главным покупателем. Россия имеет военные контракты и интересы в регионе. Венесуэла может стать ареной нового противостояния великих держав, подобно Сирии или Украине.

Вероятность: умеренная. Пока реакция Пекина и Москвы ограничилась риторикой. Но если США усилят давление, ответ может быть более жестким.

Что это означает для мировой энергетики

Венесуэла – уникальный случай: страна с крупнейшими запасами нефти в мире, которая добывает менее 1% глобального объема. Ее потенциал огромен – но реализация этого потенциала потребует:

• Инвестиции в размере $50-60 млрд только для восстановления нефтяной инфраструктуры
• 5-10 лет для выхода на добычу 2-3 млн баррелей/день
• Урегулирование долгов перед иностранными компаниями ($30+ млрд)
• Политической стабильности, которой страна не видела десятилетиями
• Технических кадров, которые массово эмигрировали (7 млн венесуэльцев покинули страну)

Для глобального рынка нефти восстановление венесуэльской добычи могло бы стать «историческим событием», по словам аналитиков. Дополнительные 2 млн баррелей в день изменили бы баланс сил в ОПЕК и повлияли бы на мировые цены. Но до этого – очень далеко.

Пока что Венесуэла остается парадоксом: сокровищница под замком, ключ к которому никто не может найти уже четверть века.

Больше новостей читайте на GreenPost.