Когда забирают дом: что история депортаций говорит нам сегодня. Памяти украинцев - жертв принудительного выселения из Закерзонья

Депортация, о которой мы читаем на страницах исторических книг, выглядит совсем иначе, когда сталкиваемся с ней на собственном опыте. К сожалению, последние годы заставили большинство украинцев узнать, каково это — покидать свои дома, оставаться без своей земли, прощаться со своими семьями, могилами и прежней жизнью.

Поэтому, когда мы сейчас вспоминаем людей, которые были депортированы в середине прошлого века, мы совсем по-другому переживаем эти события. Собственный опыт помогает лучше понять исторический момент, причины и последствия принудительных переселений и то, как события прошлого продолжают влиять на настоящее. Наше понимание исторического момента, причинно-следственных связей объясняет тот результат, который мы имеем сейчас — в виде большой войны, недопонимания между собой, конфликтов, возникающих с нашими добрыми соседями-поляками.

13 сентября в Украине отмечается День памяти украинцев — жертв принудительного выселения из Лемковщины, Надсянья, Холмщины, Южного Подляшья, Любачевщины и Западной Бойковщины в 1944–1951 годах. 

Этот день был установлен Постановлением Верховной Рады Украины от 8 ноября 2018 года № 2608-VIII — накануне 75-й годовщины начала депортации из Лемковщины, Надсянья, Холмщины, Южного Подляшья, Любачевщины и Западной Бойковщины в 1944–1951 годах украинцев — автохтонных жителей этих регионов. В этом году исполняется уже 82-я годовщина со дня начала тех трагических событий.

Как указано в постановлении, «на протяжении многих веков украинцы на этих территориях подвергались притеснениям и преследованиям со стороны колонизаторов за свою веру, язык, землю, несли многочисленные духовные и материальные потери, а в середине XX века стали жертвами принудительного выселения».

Память об этих событиях необходима не только для восстановления исторической справедливости и информирования общества. Она помогает понять, как коммунистический режим пытался уничтожать национальную идентичность, культуру и традиции, смешивать население и постепенно растворять отдельные этносы в «едином советском народе». И сегодня, когда Украина вновь переживает вынужденное перемещение людей, потерю дома и разрыв семейных и социальных связей, опыт прошлого приобретает особое значение.

Как это происходило

Напомним немного истории, опираясь на объяснения Украинского института национальной памяти.

Одним из итогов Второй мировой войны стало установление новых государственных границ в Европе, в частности между СССР и Польшей. Этот вопрос встал ещё на Тегеранской конференции лидеров трёх союзных держав 28 ноября — 1 декабря 1943 года. Её участники пришли к соглашению, что граница между СССР и Польшей будет проходить по «линии Керзона», то есть примерно так, как это было в сентябре 1939 года. Чтобы польское эмиграционное правительство в Лондоне согласилось с таким поворотом ситуации, премьер-министр Великобритании Уинстон Черчилль предложил отдать Польше взамен Западной Украины и Западной Беларуси немецкие земли: Восточную Пруссию, Западное Поморье с Данцигом, Верхнюю Силезию. В то же время встал вопрос, как сделать так, чтобы после изменения границ украинцы оказались в УССР, а поляки — в Польше. Так возникла идея «перемещения населения».

Сначала речь шла о добровольных основах переезда людей. Однако, как показали дальнейшие события, добровольного и справедливого разрешения ситуации не произошло. Принудительные переселения сопровождались репрессиями, лишением имущества, ограничением политических, социальных, экономических и культурных прав людей. Собственно, точно так же, как это было и десятилетием ранее в привычной практике советской власти.

В соответствии с упомянутым соглашением в 1944–1946 годах более 482 тысяч украинцев были принудительно переселены в УССР. В советской Украине их расселили на территории 17 областей — от Галичины до Причерноморья, Слобожанщины и Донецкой области. В то же время из западных областей советской Украины в Польшу переселили почти 790 тысяч поляков и евреев.

Продолжением депортации украинцев стала «акция Висла» 1947 года. Коммунистическая власть Польши при поддержке и по согласованию с руководством СССР и Чехословакии депортировала более 140 тысяч украинцев и лиц смешанного происхождения на так называемые «возвращенные земли» — северо-западные воеводства Польши, которые до 1945 года принадлежали Германии.

Целью было разорвать связи украинцев с местным населением и провести их ассимиляцию. Политическое руководство представляло эту акцию как борьбу с украинским подпольем — ОУН и УПА. Фактически происходило окончательное решение «украинского вопроса» и этническая чистка приграничных территорий. Тысячи людей прошли через концлагеря, были убиты или заключены в тюрьмы.

В современной Украине и мире операция «Висла» признана преступлением коммунистического режима и актом этнической чистки. Политическое руководство Польши и Украины официально осудило её.

Еще несколько десятков тысяч украинцев были лишены родительских домов в ходе обменов приграничными участками между СССР и Польшей в 1948 и 1951 годах.

Этапы депортации

Польский историк украинского происхождения Евгений Мисило, чьи предки были депортированы во время акции «Висла», занимается исследованием украинско-польских отношений в XX веке и депортаций украинцев 1944–1947 годов. Как рассказывает сам Евгений Мисило, большую часть своей взрослой жизни он посвятил документированию истории украинцев в Польше: поиску материалов в до недавнего времени секретных архивах, сбору и публикации свидетельств очевидцев, сохранению памяти об участниках подполья, тех, кто погиб, был приговорен к смертной казни и казнен в коммунистических тюрьмах Польши, а также об украинцах и поляках, заключенных в концлагере Явожно в связи с операцией «Висла».

Согласно исследованиям Евгения Мисила, депортацию можно условно разделить на несколько этапов.

Первый этап — 15 октября — декабрь 1944 года.

Акция началась с создания аппарата по вопросам переселения. Главное представительство с польской стороны разместилось в Люблине, а с советской — в Луцке. Главным уполномоченным правительства УССР назначили заместителя наркома химической промышленности Михаила Подгорного, а от Польши — Юзефа Беднажа. В помощь им укомплектовали штаты районных представителей. В это время было депортировано более 20 тысяч украинцев из Холмского, Грубешевского, Томашевского и Замостовского уездов, пострадавших от нападений польского подполья.

Второй этап — январь–август 1945 года. Началась массовая вывозка — более 229 тысяч человек. Переселение всё больше приобретало принудительный характер. Власти применяли силовые меры в отношении тех, кто отказывался покидать свои дома. Советские власти часто вводили в заблуждение, обещая лучшие условия расселения на новых местах.

Третий этап — сентябрь–декабрь 1945 года.

На этом этапе депортация осуществлялась силами трёх пехотных дивизий Войска Польского. Тогда насильно выселили украинцев из Лесского, Любачевского, Перемышльского и Сяноцкого уездов. А с территории Западной Украины депортировали польское население. Основным регионом расселения в этот период был западный, поскольку освободился жилой фонд, а во-вторых, в отдаленные регионы не могли перевозить из-за транспортных проблем.

УПА, как единственная сила, способная противодействовать переселению, начала сжигать села в тех местностях, откуда выселяли украинцев. Эти ответные акции усугубили ситуацию. Коммунистическая власть получила дополнительный повод для депортаций, а военные — для репрессий против гражданских лиц, содействовавших повстанцам.

IV этап: январь–15 июня 1946 года

В этот период было депортировано наибольшее количество жителей Закерзонья — более 250 тысяч — в западный регион расселения, где уже проживали семьи, самовольно выехавшие из других областей. Теперь исполнители действовали особенно жестоко, уничтожая украинские села. В январе–марте против крестьян, не желавших покидать свою землю, проводили пацификациНапример, в селе Завадцы Мороховского района Сяницкого уезда 25 января 1946 года солдаты 2-го батальона 34-го пехотного полка Войска Польского убили 56 жителей.

К 15 июня 1946 года планировалось выселить 14 045 украинских семей — более 60 тысяч человек, которые ещё оставались в зоне депортаций. Для достижения этой цели количество семей, которые должны были быть выселены в течение суток, увеличили со 100 до не менее 500 на одну дивизию.

На этом этапе операции Польская армия опробовала схему насильственного выселения, которую впоследствии повторили во время операции «Висла».

Даже после прекращения действия соглашения поляки продолжали составлять списки украинцев, оставшихся в Польше, чтобы полностью зачистить территорию.

Как жили депортированные после переселения

Принудительное переселение не заканчивалось в тот момент, когда люди покидали родной дом. Для депортированных начинался новый, не менее сложный этап — обустройство на чужбине.

Переселенцы переживали материальные и моральные трудности. На новых местах они должны были приспосабливаться к другим условиям хозяйствования. Например, бывшие жители Прикарпатья и Карпат с традиционным укладом, сформировавшимся в горных и лесистых местностях, оказавшись в южных областях Украины, вынуждены были привыкать к степному климату и иной аграрной культуре.

Кроме того, крестьянам-хозяевам было крайне трудно привыкнуть к советской колхозной системе. Те, кто становился колхозниками, отдавали государству скот и инвентарь и уже не могли пользоваться ими для личных нужд. За работу получали не деньги, а трудодни.

Поэтому большинство переселенцев, хотя и работали в колхозе, категорически отказывались вступать в него. Многие пытались сбежать в города или промышленные поселки, чтобы устроиться на предприятиях или на железной дороге. Некоторые стремились переехать в западные области, где ещё существовало одноличное хозяйство. Другие пытались вернуться в Польшу, но их задерживали на границе.

Практически все прибывшие в УССР столкнулись с жилищной проблемой. Единицы смогли приобрести жилье за собственные средства. Остальных размещали в домах местных крестьян.

В колхозах создавали строительные бригады для возведения нового жилья или ремонта старого. К этим работам привлекали и переселенцев, однако дело продвигалось катастрофически медленно.

Те, кто оказался в западных областях, размещались в домах, брошенных поляками. В то же время до конца 1947 года благоприятным фактором адаптации в этом регионе была возможность вести индивидуальное хозяйство или работать в зажиточных домохозяйствах.

Однако материальная поддержка не могла компенсировать потерю дома, земли, привычного образа жизни и социальной среды.

С целью «советского перевоспитания» среди депортированных проводилась массово-политическая работа. Недовольных коммунистическим строем арестовывали и судили как «националистический элемент».

Между переселенцами и местным населением складывались непростые взаимоотношения. Прибывшие в южные и центрально-восточные области столкнулись с языковым барьером, советским мировоззрением и принципиально иным отношением к собственности — в частности, противопоставлением «частное — коллективное». В западных областях напряженность возникала из-за получения польских домов и земли. В то же время в этом регионе депортированные расселились более компактно, чем в юго-восточных областях.

В целом принудительное переселение привело к разрушению исторических, материальных, моральных и культурных ценностей Лемковщины, Западной Бойковщины, Надсянья, Холмщины и Подляшья и поставило под угрозу уничтожения целые этнографические группы украинского народа.

Но последствия депортаций не ограничились серединой XX века. Они оставили после себя травму поколений, утрату родственных связей, разрушенную культурную среду и опыт жизни без собственной земли.

Именно поэтому сегодня, когда миллионы украинцев вновь вынуждены покидать свои дома из-за российской агрессии, история депортаций воспринимается не как далекое прошлое. Мы лучше понимаем, что значит потерять дом, не знать, удастся ли вернуться, оставить могилы родных, привычный образ жизни, свою общину.

Именно поэтому память о депортированных украинцах важна не только как дань прошлому. Она помогает лучше понять то, что происходит с Украиной сегодня, и увидеть, насколько опасными могут быть попытки силой изменить границы, переместить население и уничтожить его культурную самобытность.

Помнить — значит не позволить истории вновь превратиться в просто страницу учебника. Ведь то, что когда-то казалось далеким и почти невозможным для современного человека, сегодня стало реальностью для миллионов украинцев.

Больше новостей читайте на GreenPost